Убийство в Мультивет

28.09.2011 by Юрий Кузнецов

Памяти  Кыси любимой посвящаю.

 

 

 DSC03860_1

Жила – была кошка Кыся.  Маленьким котенком пять лет назад принесли мы ее в квартиру.  Говорят, трехцветные кошки к счастью. Три ее цвета были неповторимо прекрасны. Белый – как свежий искристый снег в солнечную зиму. Черный – точно антрацит. А рыжий – чистая спелая рожь под ярким солнцем. Одно ушко черное, другое рыжее.  Над глазами до линии ушек рыжая полоса, а головушка черная. Ниже глаз вся грудка и лапки  белоснежные.  С первого раза поняла Кысенька как и куда ходить по своим делам.  И никогда в этой связи нас не беспокоила. Исключительно чистоплотная. Мылась подолгу часто и тщательно.  Жила долгое время в квартире, на улицу не просилась.  Незадолго до того как ей исполнился годик, она выскользнула из открытого окна, и целых две недели мы ее не видели. Потом пришла. Исхудавшая. Но такая же ласковая, игривая, нежная. Накормили, вымыли. Больше никогда из дома она выходить не хотела, даже если и двери были открыты. Любила подолгу сидеть на окошке. Слушает птичек, смотрит на них, или просто на солнышко радуется. А то и на колени придет. Бывало, и прямо между рук ляжет, когда на компьютере работаешь, и смотрит эдак подолгу на экран — как там буквочки бегают или мышки указатель.  Росла.  Любила  играть с разными игрушками. Наиграется, утомится, а потом и поспать не грех. Прекрасная кошка. На радость и удовольствие всем, да и только.

Вскоре о себе заявили силы природы.  В первый раз решили найти ей котика. Принесли. Но то ли он испугался незнакомой обстановки, то ли сам был не в фазе,  но ничем он на желание Кыси не ответил.  Дали тогда мы ей  то ли пасту какую-то, то ли таблетку. Улеглось. Но против природы идти сложно. Ухаживать за несколькими котятами сразу мы бы не смогли. Все работаем. Квартира в кооперативном доме, т.е. двора своего нет. Отдать в чужие руки – где они? Да и какие люди еще попадутся? И поэтому давали Кысе препараты, которые должны были подавлять ее желания. Какое то время они действовали, потом почти перестали.

Вот тогда мы с женой впервые обратились в ветеринарную клинику, что очень от нас близко. Буквально рядом с Кобринским мостом.  Мультивет. Специалисты предложили уколы. Назначили целую схему. Таковые  действовали практически безотказно и подолгу. Кысенька не беспокоилась. И стала еще более ласковой, доверчивой, нежной.  Одновременно эти же специалисты предупредили, что все время делать эти уколы нельзя. Могут вызвать серьезные заболевания. Предложили операцию. Что-то пугало нас  в этом слове. И мы еще с год откладывали ее, принося Кысю в положенное время на укол. Переносила Кысенька эту процедуру нормально. Чуток вздрогнет немножко и все.  А потом опять несколько месяцев все хорошо. Все по плану. А ветеринары – своё: надо бы ее прооперировать. Долго мы не решались, но нас уверили, что это решит все радикально. Что многим это делается. Вопросов потом нет.  Цены, правда, в Мультивет намного выше, чем у других. Но тут уж что уж. Не хочешь – не пользуйся.  Летом были очень загружены и работой, и другими делами. А Кысенька жила припеваючи. Хорошо ела, пила водичку. Урчала. Ластилась. Любила очень играть. Замечательная кошечка.

В субботу решились. Договорились на 15:00.  С вечера покормили. Утром кисонька непонимающе смотрела на пустое место, где обычно стояли пища и вода. Переводила недоуменный  взгляд то на то место, но на одного из нас. И каждый раз мчалась за нами, когда мы шли на кухню. Простить себе не могу! Принесли в Мультивет ко времени. Никогда до этого, когда мы приносили ее на уколы, она не дрожала.  А тут мелкая дрожь охватила ее лапки и тельце. Прижалась к столу. Боялась бедненькая. Или точно уже все знала наперед. Чутье ведь у животных в сотни раз сильнее человеческого. Наверняка знала. Чувствовала.

Через час нам ее отдали. Сказали как ухаживать за ней после операции. Бережно принесли мы ее домой. Уложили на пол, на подстилки, укутали и к лапкам и спинке, как и было сказано, приставляли теплую воду. Наркоз никак не отходил. То ли доза была большая, то ли  другое что-то. Однако уже поздно вечером встала сама. Шатаясь, прошлась несколько метров. Упала.  Я начал усиленно читать описания послеоперационного периода в Интернете.  Что-то совпадало, что-то нет.  Кошка в основном лежала. Было видно, что она очень мучается. Улучшения не наступало.  Меняли бутылки с теплой водой, пытались попоить ее из пипетки, покормить. Почти ничего…

Ровно через сутки принесли ее в Мультивет. Ветеринары измерили температуру. Сказали, что очень низкая. Сделали капельницу. Перевязали и укололи. Антибиотик. Пока ее перевязывали, она очень жалобно плакала. Видимо ей было очень больно.   Принесли домой.  Строго выполняли все предписания. Если в первые сутки она хоть изредка вставала, пыталась двигаться лежа, то сейчас движения прекратились. Ничего она больше не могла. К утру дыхание совсем стало слабым. В глазах была видна  жуткая тоска и  один лишь только мучительнейший вопрос:  за что вы меня так? Никогда не забуду этого взгляда… Мы уже не отходили  от нее ни на секунду. Она стонала. Прерывисто, как бы захлебываясь, всхлипывала. Затем прошла легкая судорога, головка ее слега приподнялась вверх на подстилке, а лапки вытянулись. Она умерла. Глаза так и остались широко раскрыты. Взгляд был устремлен  чуть вверх. Возможно там,  наверху, в ином, высшем мире она искала в последнее мгновение спасение и ответ на свой вопрос.  Я закрыл ее безумно прекрасные глаза.  Было 5 утра.

***

               В половину десятого прибыла директор. Я спросил у нее, как могло случиться, что здоровая, игривая кошка погибла в результате операции, да еще такой мучительной смертью? Директор Болотова Т.М. не выразила мне сочувствия, не попыталась успокоить в беде, случившейся только по причине действий со стороны ее заведения. Вместо ответа на вопрос она начала рассказывать мне о том, как ломаются компьютеры, которые покупают даже с гарантией. Инженеру математику-прикладнику (с 1974 года) и системному инженеру (с 1984 года)  слушать философствования ветеринара по вопросам надежности эксплуатации персональных компьютеров было неинтересно. К тому же об этом ее никто не спрашивал.  Я прервал ее. Она была вынуждена вернуться к причине моего обращения к ней. Заявила:

— Животному пять лет? И оно полностью здорово? Абсурд!!!

А вот это было уже замечательно! Т.е. ветеринар-руководитель прекрасно понимает, что кошка в пять лет не может быть здорова и, тем не менее, ничтоже сумняшеся, ее подчиненные настоятельно рекомендуют сделать такому животному операцию, делают ее, в результате чего кошка погибает в муках почти двое суток.  Ведь никто и близко при этом не заикнулся, что могут наступить такие последствия. Никто ни о чем плохом нас не  предупреждал! Не заикнулись, т.к. главное для многих – делать деньги. Любой ценой! А ведь могли и должны были предупредить!

Я высказал Болотовой Т.М. свое пожелание: возвратить затраты на операцию и компенсировать боль утраты.  В этом случае я бы смог, скрепя сердце, не предпринимать никаких действий против ее заведения. Она не пожелала.  Тогда я сказал ей, что будет соответствующая публикация в СМИ и суд. Она ответила: «Хорошо». Т.е. ее желание было именно таковым. Настоящим я выполняю желание директора Болотовой.  Данная статья является первой частью её желания. На очереди вторая часть. Сейчас  специалисты собирают и готовят должным образом необходимые документы. Как только они скажут, что подготовительная работа выполнена, будет принято решение о подаче заявления в суд. Смею заметить также, что аудитория потенциальных читателей Интернета, наверное, в миллионы раз больше, чем местных газет.  Кроме того, информация на сайтах хранится  долгие годы.

После разговора с Болотовой я отвез трупик Кыси эксперту. Он сам долгое время работает ветеринаром. Врать не умею и не люблю. Мне не очень выгодно его заключение. Но привожу как есть. Его слова: «При всей моей предвзятости к этой организации (Мультивет – Ю.К.) операция выполнена нормально. Но у кошечки было очень слабенькое сердце. Левая стенка совсем тоненькая. Редкий случай. Предугадать это заранее очень сложно. Но мы всегда предупреждаем о такой возможности».

Такая операция в Мультивет стоит почти в два раза дороже, чем, например, в городской ветеринарной станции.  Мы повелись на это. Думали, что за б’ольшие деньги специалисты будут работать лучше.  И хотя операция и выполнена правильно, но выполнялась она ради денег, а не ради жизни любимого нами животного.

 

                                        Мультивет убил Кысю.                                                                                                                 

 

Я не юрист. Но мне очень интересно то, что написано в статье 204 Уголовного Кодекса Республики Беларусь. Речь идет о должностном лице, которое предоставило гражданину неполную информацию, вследствие чего гражданину был нанесен существенный вред.  Вот выписка из данной статьи: «… предоставление ему (гражданину – Ю.К.) неполной … информации, повлекшие причинение существенного вреда … законным интересам гражданина,- наказываются штрафом или лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.»

Ну, а пока дело будет делаться только ради денег,  пока конкретные ветеринары на работе будут философствовать о надежности работы  компьютеров, до тех пор свою работу они лучше делать не будут.

 

28 сентября 2011.